Габовичь в я история под знаком вопроса

Габович Евгений "История под знаком вопроса".: chto_chitat

габовичь в я история под знаком вопроса

Книга Е. Я. Габовича, лежащая перед читателем, содержит много интересного материала, касающегося критики хронологии истории на Западе. Читать книгу онлайн "Предыстория под знаком вопроса (ЛП)" - Габович двумя я не во всем согласен в части их более поздних реконструкций истории. Евгений Габович (р – ) – советский математик, эмигрировавший в м году в Германию, где помимо науки он вплотную.

Так как эта тематика хорошо знакома многим русским читателям его книг, он в этой первой части дает свободу своему таланту сатирика, не забывая в то же время о вполне серьезном и многоплановом раскрытии причин неприятия истории современной исторической аналитикой.

История под знаком вопроса

Вторая и третья части книги посвящены реконструкции предыстории на основании ранних работ немецких критических авторов Христофа Маркса, Гуннара Хайнсона и Гериберта Иллига с последними двумя я не во всем согласен в части их более поздних реконструкций истории Средневековьяа также новейших исследований палеоастрономов и антропологов — исследователей культурного развития в ходе предыстории. Я все еще не решил для себя, в какой мере проведенный автором в последней части книги обстоятельный анализ возникновения и развития лунных календарей может быть увязан с моими многолетними исследованиями в связи с календарной реформой XVI века и с интересом жду наших дальнейших дискуссий на эту тему.

Мне кажется, что мы движемся к осознанию действительной истории календарного дела с двух крайних точек этой истории, копаем, так сказать, с двух сторон туннель в горе фантазий на календарные темы, насыпанной Йозефом Юстусом Скалигером и его последователями.

  • Габович Евгений "История под знаком вопроса".
  • Габович Е. Я. "История под знаком вопроса (новая обложка)"

Надеюсь, что наши два туннеля сойдутся в середине горы, а не пройдут один мимо другого. В информации о катастрофах прошлого Габович видит дополнительную причину для сомнений в правильности традиционной истории.

Таким образом в настоящей книге перекинут мост критической мысли от современной критики истории, к таковой для предыстории с учетом катастроф прошлого. Я в моих книгах начал строить этот мост с другого берега и продвигался от теории катастроф к предыстории, а потом уже и к исторической аналитике. С помощью книг этой серии Е. Габович намерен и впредь знакомить русского читателя не только со своими собственными исследованиями, но и с разными сторонами критического изучения прошлого в Германии, США и других западных странах.

По книге Минковского см. Да все о том же: О том, что такое история и как неверно понимают свою область занятий профессионалы этого дела. О растущем негативном отношении к их построениям. Причем, не только в революционно-перестроечной России, но и во многих странах консервативно-демократического Запада и зажатой между этими двумя евразийскими геополюсами полоски Центральной Европы.

В последней главе рассмотрена хронотворческая деятельность Петавиуса и стоявшего между ним и Скалигером почти забытого немецкого систематизатора хронологии Сета Кальвизия глава Интересно отметить, что ни один из этих четырех хронологических корифеев не был ни историком, ни хронологом: Скалигер и Казобон были филологами, Кальвизий — музыкантом, а Петавиус — теологом. Читатель поймет, почему я позволяю себе отметить этот факт, меня лично не смущающий: Совместно с Гуннаром Хайнсоном показал, что древнеегипетская история должна быть сокращена до нескольких столетий.

Получил известность своими книгами о Карле Фиктивном, как он называет выдуманного историками Карла Великого. Хронологию связывают с историей не только тесные узы, но и обилие неверных толкований роли хронологии для истории. Разобраться в этом клубке противоречий нелегко и я не претендую на окончательное прояснение драматических отношений этих двух якобы наук.

габовичь в я история под знаком вопроса

Тем не менее мной предпринята попытка описания соответствующей проблематики, в большой мере навеянная знакомством с книгами как российских хронологов, так и новохронологических авторов. Я рассматриваю новую хронологию и историческую аналитику как две опоры современного движения за пересмотр наших представлений о прошлом, и считаю, что совместно они осуществляют хронологическую революцию в познании прошлого, которая венчает собой череду более ранних историографических революций последних 4—5 веков.

В последующие годы ее автор издал еще несколько книг, развивающих и популяризирующих его теорию. Названной выше первой его книге, его теории и ее развитию на Западе посвящены многочисленные интернетовские сайты. Назовем здесь сайт www. Основная идея названной книги Роля в корне противоречит российскому новохронологическому подходу и всему, что было выяснено в ходе историко-аналитических исследований. Автор пытается спасти Библию как исторический источник, ограничившись лишь небольшими корректурами библейской хронологии.

Именно вся новизна его подхода по сравнению с традиционной библейской хронологией, искусственно растянутой на многие тысячелетия, сводится к утверждению, что 21—я и 22—я египетские династии якобы — и — годы до н. Впрочем, даже этот небольшой удар по традиционной египетской хронологии ставит под вопрос ее достоверность в целом. В основном, дискуссия о новой хронологии в версии Роля, которая в периоде до года до н.

При этом даже в среде критиков историографии хронология Роля подвергается серьезной критике см. Многие считают названные сокращения египетской хронологии недостаточными. Наиболее радикального сокращения древней египетской хронологии требует при этом немецкий ученый Гуннар Хайнсон, профессор социологии Бременского университета и один из главных авторов западной исторической аналитики.

С другой стороны, НХ российских основоположников современной историко-хронологической критики Анатолия Тимофеевича Фоменко и его основного соавтора Глеба Владимировича Носовского далее кратко НФ к сожалению все еще недостаточно известна на Западе. В частности, ни одна из их книг не была до сих пор переведена на немецкий язык.

О причинах и формах проявления этого феномена, а также о не совсем безуспешных попытках распространять идеи НХ в западных странах я планирую подробно рассказать в следующей книге. Я анализирую здесь природу истории, рассказываю о роли историков в искажении нашей картины прошлого, о разбросанных по векам исторических и археологических фальсификациях, о продажности историков и их верном служении любым политическим режимам и идеологиям, о их работе по заказу националистических течений, о выдумывании ими предыстории.

О том, что предшествовало на европейском полуострове евразийского континента возникновению в России НХ, я пишу в уже упомянутой второй книге. Особенно подробно будет в ней описано развитие, начиная с конца семидесятых годов прошлого века, историко-критических исследований и критики хронологии в Германии, в которой я с года живу и работаю.

Уве Топпер — наиболее активный современный немецкий автор в области исторической аналитики, автор десятка книг на темы исторической критики, теории катастроф, хронологии и истории культуры. Участвовал в создании Исторических салонов в Берлине, Карлсруэ и Потсдаме. Никто из историков не имеет ясного представления о возникновении хронологии, и каждый из них боится сломать себе шею на подступах к. Для историков хронология — это мертвый язык, латынь, которую перестали изучать в школах и на которой никто не говорит, но которая зафиксирована во множестве словарей.

Вставишь в текст несколько крылатых изречений на мертвом латинском языке и у твоего текста появится приятный привкус интеллектуальности. Так и в исторических работах употребление хронологических дат считается признаком хорошего тона. И у историков тоже есть свои словари и сборники называемые хронологическими таблицамипорывшись в которых, можно найти кем-то когда-то соотнесенный некоему историческому событию год.

Как именно это было сделано, не стоит в большинстве случаев даже и спрашивать: Наоборот, если задать дату, то по ней можно порой найти соотнесенное кем-то когда-то этой дате событие.

А то и все два. Ну, а если не этой дате не каждый же день что-то должно происходить! Или не очень близкой, если ни в этом, ни в соседних годах с точки зрения историков ничего достойного их внимания не происходило.

И опять — таки, мало кого интересует, как возникла традиция такого датирования.

габовичь в я история под знаком вопроса

Хронологией историки пользуются как компьютером: Не известно как, но работает. Журчит, бурчит, мигает и работает. Иногда даже нечто весьма полезное. Нужно только научиться ею пользоваться. Вот и пользуются люди хронологией как полезной машиной для написания диссертаций по истории и киносценариев, исторических романов и речей для политиков.

Все беды историков — традиционалистов начинаются с наивной веры в байку о том, что все на свете языки, мертвые и еще пока не совсем мертвые, возникли из некоего праязыка, уже включавшего в себя все, даже самые сложные, понятия, в том числе и такие, которые пока еще не возникли ни в одном из реально существовавших языков. В проекции на таинственную электронную технику их суеверие сводится к тому, что все ныне существующие компьютеры в точности повторяют строение отдельных частей некоего древнего великого компьютера, который никогда не ошибался и все.

Конечно, я утрирую, но именно такая ассоциация возникает у меня, когда я анализирую, как именно историки пользуются хронологией. Ведь они явно путают хронологию реально когда-то имевшего место прошлого, которую уже трудно восстановить, ибо она есть вещь в себе, с сконструированной людьми условной хронологией их исторических фантазий.

История под знаком вопроса - Габович Евгений

Последняя существует в печатном виде, от нее ломятся книжные полки, ее зубрят наизусть в школе, но это существование вторичное, идеальное, творческое, если хотите: Кстати, мертвый язык латынь — не единственный в мире. Есть еще не менее мертвый греческий, не говоря уже об арамейском и прочих древних и не очень древних, но вышедших из употребления языках.

Да и компьютеры разные бывают: Одни побыстрее, другие чаше ломаются, третьи показывают красивые картинки. Также и с хронологиями: Существуют хронологии последних нескольких веков, на которые в основном можно полагаться.

Но для более ранних времен распространены совсем фантастические хронологии, в том числе и такие, которые вообще ни к черту не годятся. Но историки даже этого не понимают. Как и не понимают того, что хронология, зафиксированная в их таблицах — это некое следствие их допущений и их выбора источников. Это один из возможных мертвых языков, одна из конструкций компьютера. И ничего общего с действительным прошлым человечества эта конструкция не обязана иметь.

Западная историческая аналитика в действии Как и в НХ историко-аналитические исследования отличаются от исследований историков гораздо большей междисциплинарностью. При этом историческая аналитика доверяет всему комплексу применяемых наук и областей знаний, поставляющих информацию о прошлом, стараясь использовать сведения из разных источников для независимой проверки своих выводов.

В традиционных исторических исследованиях наблюдается авторитарный диктат исторических догм, который приводит к тому, что все. Конечно, при этом не может быть и речи о независимой от традиционной истории проверке хронологии или историографии. Так и напрашивается сравнение с СССР и его сателлитами, коих именовали странами социализма или социалистического лагеря, но которые в своем сотрудничестве с СССР всегда должны были знать свое место: Босс — он же Старший брат — один в состоянии владеть истиной в конечной инстанции!

Настоящая книга может рассматриваться как теоретическое или философское введение в историческую аналитику. Систематическое изложение основных результатов исторической аналитики я планирую представить в следующей книге, о которой расскажу несколько подробнее в заключении. А сейчас ограничусь только следующими замечаниями общего порядка об исторической аналитике в действии.

В работах современных историко-аналитиков рассматриваются разные исторические эпохи и разные страны, для которых в традиционной истории имеется пусть и критикуемая нами, но широко известная читателям традиционная хронологизация старины. Все эти традиционные исторические эпохи оказываются фантомными отражениями позднего средневековья и еще более поздних эпох и поэтому подвергаются самым разным сокращениям в исторической аналитике.

Кроме того, существуют самые разные схемы и масштабы сокращения хронологии: Подчеркну гипотетичность некоторых из этих хронологических новшеств и наличие разных точек зрения на объем необходимых сокращений, на изъятие из рассмотрений целых фантомных эпох старины. Историческая аналитика пока еще сосредоточена на критике традиционных представлений и на формулировке наших вопросов к.

Вопросов, к разрешению которых хотелось бы привлечь и будущие поколения историков. В этом желании нет ничего фантастического: Самые молодые из моих читателей еще доживут до времени, когда историки будут утверждать, что это именно они разрушили построенное на фантазиях здание ТИ, а критики к ним только примкнули со стороны.

Но это — дело будущего. Сегодня же остается высказать следующее пожелание: Для кого эта книга? Интересна ли эта она для историков? В первую очередь книга должна быть интересна для всех тех, кто знает о новой хронологии академика А. Фоменко и хотел бы узнать о наличии в мире других критически относящихся или относившихся к официальной исторической науке авторах. А такие авторы были и есть, и писали они на латыни, по-английски, испански, французски и — так уж получилось — больше всего по-немецки.

ROFL! Golden Buzzer Comedian Makes Judges Can't Stop LAUGHING! - Semi Final 5 - BGT 2017

К сожалению жизнь у многих читателей, особенно у получивших образование еще в советское время, сложилась так, что у них имеются определенные трудности с языками. Даже с перечисленными выше. Конечно, мы все учились понемногу… читать и переводить со словарем. Но до словарей ли в сегодняшнее трудное время. Да и учили нас этому половому извращению каждый должен сам с неимоверными неудобствами удовлетворять свои интеллектуальные потребности плохо, так что в сегодняшней России мало кто в состоянии читать книги, изданные в других странах даже если они каким-то чудом и попадают ему в руки.

С другой стороны многое из того, о чем будет рассказано ниже, вышло из под пера немецких критиков истории. А с немецким в России сегодня лишь ненамного лучше, чем с английским в Китае, где, правда, все учат английский и каждый может начать с тобой беседу на оном языке. Но последняя ограничивается произнесением одного единственного слова, которым владеет почти каждый: Мне хотелось бы также надеяться, что эту книгу возьмут в руки и профессиональные историки тоже, а также другие имеющие к истории отношение профессионалы.

Как правило, они не в состоянии понять суть открытого Н. Морозовым и скрупулезно исследованного А. Фоменко широко распространенного в исторической практике и абсолютно невозможного с точки зрения теории вероятности феномена повторяемости в истории.

Непреодолимым, как им кажется, препятствием, является использование названными учеными математических методов.

На самом-то деле математики в соответствующих исследованиях совсем немного и каждый повторяю: Тем более, что результаты проверки исторической информации компьютерами опубликованы в виде списков практически совпадающих длительностей правления и могут быть любым человеком проверены по хронологическим таблицам. Конечно, у профессиональных историков с языками должно бы быть получше, чем у рядовых читателей книг по новой хронологии.

Зато у них и шоры на глазах посолиднее. Особенно самые смелые из. Я вам искренне советую преодолеть свой страх перед математикой, коей доля на самом деле в новой хронологии не так уж и страшно велика, и осилить первые книги А.

Те его книги, в которых он рассказывает о найденных компьютерами случаях неестественно сильной близости наборов числа лет, в течение которых один за другим сидели на престолах правители разных стран в разные исторические эпохи.

Первые три таких набора обнаружил Н. И за прошедшие сто лет историки не удосужились его опровергнуть. Столь же искренне я советую Вам прочитать данное введение в западноевропейскую критику истории. Особенно, если вас смущает то позорное обстоятельство, что названные выше российские авторы успели добиться серьезных успехов в естественных науках или в математике перед тем, как занялись всерьез историей. В Германии — очень почтительное отношение к бумажке.

Поэтому еще в недалеком прошлом достаточно было написать про ученого, высказывающего крамольные мысли, что у него нет университетского диплома историка, и всем становилось ясно, что ни одной разумной мысли о прошлом человечества ему в голову прийти не. Надеюсь, что в России бюрократизация мысли еще не достигла этого абсурдного предела, при котором и каждый не дипломированный читатель рассматривается как примитивный примат, не способный самостоятельно разобраться в степени обмана в текстах авторов, пишущих о прошлом человечества.

Конечно, я — гораздо больший дилетант в исторической науке, чем любой прилежный студент — историк. Но зато я способен взглянуть на написанное историками трезвым взглядом человека, склонного к духовному диссидентству. И мне это здание не нравится. Я чувствую себя в роли покупателя и потребителя.

Я не хочу изучать электрику и электронику, встроенные в автомобиль. Я не хочу изучать химию лаков и красок. Я хочу, чтобы он ехал. И ездил хорошо, быстро, юрко, чтобы я чувствовал себя в нем комфортно и безопасно.

И если автомобиль не отвечает этим моим требованиям, я его забраковываю. Сколько бы не убеждали меня продавцы и создатели такого автомобиля в том, что он — лучший в мире по таким-то и таким-то параметрам, что над ним трудились самые гениальные в мире умы в течение такого-то длительного времени, для меня он — неудачное изделие. Так вот, автомобиль по имени традиционная история был мной давно забракован и за последующие годы никому из историков — традиционалистов не удалось меня убедить в том, что их детище — лучшее из возможных.

габовичь в я история под знаком вопроса

Мне в нем неуютно. Он не соответствует моим представлениям, сложившимся в ходе моей длительной и довольно бурной жизни. В большей части этой книги я буду информировать читателя о том, что писали на тему о моделировании прошлого различные западноевропейские авторы, в первую очередь немецкоязычные.

габовичь в я история под знаком вопроса

Как сторонники традиционной истории, так и ее критики. А там уж никто не мешает историкам — полиглотам взять в руки названные здесь труды и почитать их в оригинале и, быть может, уличить меня в не совсем правильном изложении мыслей и мнений цитированных авторов и раскритиковать мои выводы. Которые я делаю на основании прочитанного. И ответить на многочисленные скептические вопросы, которые у меня возникли в связи с традиционной историей.